ISSN 1846-8756   Октябрь 2019
Страницы истории

Роль Толстовского Фонда в оказании гуманитарной помощи русским «перемещенным лицам» в послевоенном Мюнхене, 1947 – 1956 гг.

На момент передачи ответственности за ДиПи от УНРРА к ИРО к 1 июля 1947 года «на учете этих организаций числилось 718 600 человек в американской зоне.“ ИРО предоставляло жилье в лагерях ДиПи, обеспечивало продовольствием и медикаментами, предоставляло минимальную правовую помощь. Но только после тщательной проверки-скринингов всех «перемещенных лиц» и выявления правомерности присвоения статуса ДиПи, после новой регистрации возможно было получение дальнейшей помощи от ИРО.  Поэтому к началу деятельности Толстовского Фонда стоит учитывать также момент изменения видов опеки и обеспечения для ДиПи со стороны ООН, в данном случае ИРО, а также настроение самих русских ДиПи, измученных бесконечными проверками и подозрениями со стороны лагерных администраций, проводивших скрининги по заданию ИРО. Бесконечный процесс проверок и опросов утомлял людей, отнимал у них последнюю надежду, внушал ощущение полной бесправности и безнадежности.

Период начала работы Толстовского Фонда в Мюнхене отмечен миграцией русских ДиПи из лагеря в лагерь, организованной американской военной администрацией в связи с сокращением лагерей в американской зоне. По мнению С.С.Вороницына из Мюнхена, проживающего в лагере Шляйсхайм с 1947 по 1950 годы, в перевозе людей из лагеря в лагерь наблюдалась стратегия ИРО, изматывающая нервы. Не редко люди, уставшие скитаться по лагерям, выбирали репатриацию на родину как последний выход от безнадежности, несмотря на страшные последствия. Хотелось ясности. Продолжительная неизвестность судеб людей в лагерях была именно тем общим настроением среди русских перемещенных лиц, которое царило повсюду и которое так чутко уловила Т.А. Шауфусс. Толстовский Фонд давал людям надежду на будущее, прежде всего на переселение в другие страны.

К декабрю 1948 года Т. А. Шауфусс получила разрешение от ИРО и «Чорч Уорлд Сервис» на официальное открытие филиала Толстовского Фонда в Мюнхене и договор о совместном сотрудничестве и предоставлении административной и финансовой помощи от «Чорч Уорлд Сервис». Вся деятельность по обслуживанию ДиПи в Германии, Австрии, Италии проходила централизованно в соответствии с указаниями ИРО.

По предписанию ИРО, Толстовский Фонд брал на себя в 1948 году обязанности по централизованной регистрации русских ДиПи, желающих выехать в другие страны. Эго означало прежде всего стандартизацию всего процесса: составление списков желающих выехать, которые проживали в лагерях и вне их, заполнение «ировских» анкет на двух языках (английском и немецком), запросы в консульства и представительства тех стран, которые высказали желание принять по квоте русских ДиПи, организация приглашений поручительств американских граждан для русских ДиПи, на основе которых был возможен выезд в другие страны.

Такую огромную работу по регистрации русских ДиПи можно было реализовать лишь при наличии персонала в Толстовском Фонде в Мюнхене, владеющего языками. В период с осени 1947 года по июнь 1949 года филиал Толстовского фонда насчитывал всего трех сотрудников: Т.А. Шауфусс, как вице-президента Толстовского фонда в Нью Йорке, протоирея о. Павла Лютова, как американского представителя в Германии от Комиссариата по делам беженцев в Женеве, Л. Сердаковского, русского эмигранта из Югославии. В 1948 году к работе подключается Маргарита Габриэль (урожденная Бланкен).

Маргарита Габриэль сыграла очень важную роль в деле становления филиала Толстовского Фонда в Мюнхене. Вот, что о ней пишет А.Л. Толстая:» Это одна из первых и самых ценных сотрудниц Толстовского Фонда, которая проработал в нем 16 лет, она была правой рукой Татьяны Алексеевны при организации работы заграницей. Маленькая, сильная, энергичная, с устремленным взглядом в серых глазах она соединяла в себе эстонскую точность и аккуратность и самоотдачу русскому делу. Как и Татьяна Алексеевна она не считала свои часы работы. Работала, отдавая себя всю даже в выходные ценой отдыха и восьмичасового сна.»

Маргарита Габриель начала свою работу в филиале Толстовского Фонда в Мюнхене в 1948 году, в Мюнхене проработала около 10 лет, создав вместе с Т.А. Шауфусс прочную структуру Европейской Главной Квартиры Толстовского фонда в Мюнхене. С 1957 года она вместе со своим сыном Михаилом и Т.А. Шауфусс выехала в США, где и продолжила работу в Толстовском Фонде до кончины А.Л. Толстой в 1978 году. В конце 1970-ых она вернулась в Мюнхен, где она преданно проработала при Толстовском фонде вплоть до 2005 года.

Маргарита Габриэль, 2008 г, Мюнхен,

фото М. Бабанина

Вот именно на таких людях, как Маргарита Габриэль и держалась большая работа по спасению русских ДиПи от репатриаций, а позднее работа по организации выезда в другие страны.Из материалов интервью с Маргаритой Габриэль петербургского исследователя и литературоведа Сергея Фокина мы узнаем следующее: «Маргарита-Ольга Бланкен родилась 18 апреля 1918 г. в маленьком эстонском городке Эльва близ Тарту в смешанной балтийско-русской семье. К моменту репатриации в Германию она окончила гимназию в Таллинне и занималась с преподавателем-англичанином, что дало ей знание не только немецкого, но и английского языков (эстонский и русский она знала с детства). Получив специальность счетовода, она работала в одной из столичных фирм — знание языков и бухгалтерского дела определило ее дальнейшую профессиональную судьбу и на Западе. Почти сразу по приезде в Германию она получила работу в Гамбурге, куда добралась в мае 1941 г. Отец Маргариты, Освальд Юлий Бланкен, по-видимому, имел датские корни, но и при получении паспорта в России, где он долго работал, был зарегистрирован как немец, что позволило семье в феврале 1941 г., уже после начала советской оккупации, уехать в Германию. Мать, Мария Петровна Зимина, была русской, уроженкой Санкт-Петербурга. Вскоре она получила место переводчика в конторе «Остфазергизельтшафт» в Берлине, где и прожила практически всю войну. Фамилия мужа Маргариты была Гаврилов. Попав в эмиграцию сначала во Францию, он стал именоваться Габриель – эту фамилию и носила после замужества М. Бланкен.»

Месторасположение Толстовского Фонда в этот период было в Главной Квартире ИРО в Мюнхене-Пазинг, в здании Карл-гимназии, где была предоставлена маленькая комната для Толстовского Фонда. Вот, как описывает бюро Толстовского филиала Т.А. Шауфусс:» Три стола и три стула. У меня даже не было права вывесить табличку с надписью «Толстовский фонд». У нашего русского комитета так же не было своего «лица», как и у тех русских людей, чьи интересы мы должны были защищать.»

При всей важности размещения поблизости с Главной Квартирой ИРО и быстрой информированности о распоряжениях относительно перемещенных лиц, Пазинг был весьма неудобным местом расположения Толстовского Фонда с 1947 по 1949 годы. Добраться из центра было трудно при сложностях с общественным транспортом, трамваи были переполнены, денег на билеты у русских беженцев не было, велосипеды имелись редко у кого, поэтому русские посетители в Пазинге не были частыми гостями. Сказывалось и то, что все русские ДиПи были географически рассыпаны по лагерям в Мюнхене и его окраинам. Поэтому неслучайно, что Т.А. Шауфусс начала искать новое место для Толстовского Фонда в Мюнхене.  Это место было найдено в городском районе Богенхаузен, по адресу Рёнтгенштрассе 5.

Это презентабельная вилла была в прекрасном состоянии после войны. «Вилла, выстроенная в 1910 году, в т.н. период «Принцрегента» баварским архитектурным бюро Хайлманн & Литтманн (Heilmann & Littmann“) выстояла 73 воздушных налета союзников и осталась неповрежденной. После войны здесь размещались многие русские организации, Толстовский Фонд, а также предшественница русской Толстовской библиотеки – первая общественная русская библиотека им. Лесли Стивенса.

Это месторасположение было очень удобным еще и потому, что совсем рядом размещался Архиерейский Синод Русской Православной Церкви Заграницей по адресу Донауэрштрассе 5 (Donauer Str.5), при котором был еще с весны 1946 года организован Православный Благотворительный Комитет, с апреля 1948 года был создан также и Православный Переселенческий Комитет.

Из Америки в послевоенную Европу было выслано 100 млн пакетов КАРЕ, включающих в себя продукты, одежду, обувь, предметы первой необходимости. Они спасли многим жизнь в голодное послевоенное время. Стоимость находящихся в одном пакете вещей составляла 15 долларов.»
Следующим важным местом встреч русских «перемещенных лиц» в Мюнхене была русская швейная мастерская на Верлерштрассе 8 (Wehrlestraße 8) в том же районе Мюнхен-Богенхаузен. Она была основана Толстовским Фондом в рамках программы ИРО по профессиональному обучению ДиПи, где обучались русские молодые женщины кройке и шитью, а также проходило переобучение ДиПи старшей возрастной группы как для лучшей социальной интеграции в немецкое общество. Для получения больших шансов в поиске работы, так и для большего успеха выехать в другие страны по рабочей квоте.

Русская швейная мастерская просуществовала до начала 1950-ых годов и была не только местом работы и обучения, но и местом встреч и установления контактов между русскими перемещенными лицами. Эту мастерскую называли «биржей контактов и информации», где через из уст в уста «передавались» свежие политические новости большого мира и маленького русского эмигрантского «острова» в Мюнхене, новости для русских ДиПи. Здесь помогали друг другу и узнавали обо всем, что было насущно и волновало: русские школы, праздничные торжества для детей: Рождественская Ёлка, летние скаутские лагеря для детей, выезд в Америку. Это был своего рода послевоенный женский русский клуб в рабочей атмосфере швейной мастерской, свой доверительный русский социальный форум.

При поддержке ИМКИ, (Всемирного Христианского союза студентов,) организовывалась не только русская швейная мастерская, но и предлагались русским детям летние лагеря для отдыха и лечения. Это шло параллельно к летним лагерям русских разведчиков (ОРЮР). Толстовский Фонд также имел тесный контакт с ИМКОЙ, с 1948 года без финансовой помощи ИМКА многие благотворительные мероприятия Толстовского Фонда были бы просто невозможны.

Все годы Толстовского Фонда в Мюнхене ему был характерен кочевой характер существования. С конца 1951 года Толстовский Фонд переезжает с адреса Рёнтгенштрассе в виллу на Пинценауэрштрассе 15 (Pienzenauerstraße 15) в том же городском районе Богенхаузен. Но и этот адрес был всего лишь промежуточной станцией для Толстовского Фонда.

По этому же адресу размещались также такие русские эмигрантские организации, как Союз Андреевского Флага (САФ).

Следующим адресом был адрес Байэрштрассе 13 (Bayerstraße 13). Этот один из центрально размещенных районов вблизи Главного железнодорожного вокзала. Во время войны был довольно сильно разрушен, в 1970-ые годы эта часть города претерпела существенные изменения, где появилось много новостроек. В начале 1950-ых годов это месторасположение Толстовского Фонда было идеально для многих русских ДиПи уже в силу его центрального расположения для прохождения всех формальностей, необходимых для выезда в другие страны из Германии. Выезжали по одиночке, но чаще семьями и группами. «Согласно статистике ИРО к декабрю 1949 года в трех западных зонах Германии и Австрии находилось 75 тысяч русских ДиПи.»

Несмотря на кочевой характер существования Толстовского Фонда в Мюнхене работа по опеке соотечественников расширялась. Были воссоединены усилия Толстовского Фонда и Архиерейским Синодом Зарубежной Православной Церкви.

Активность Толстовского Фонда в американской зоне оккупации в Германии и Австрии, критическая позиция А.Л. Толстой и Т.А. Шауфусс по отношению к насильственной репатриации русских людей из Германии в СССР и их активность по спасению многих русских людей не осталась незамеченной советским правительством. Реакцией СССР на основание Главной Квартиры Толстовского Фонда в Мюнхене осенью 1947 года стала серия статей в советской прессе, изобличающих А. Л. Толстую как американского шпиона и врага народа. С 1948 года начинается систематическая травля А.Л. Толстой в советской прессе, нацеленная на дискредитацию Толстовского Фонда. Так, например, в «Правде» от 21.09.1948 года был  организован «Протест членов семьи Л. Н. Толстого против шпионской деятельности изменницы Родины А. Толстой в Америке», в нем писалось: »Нужно заклеймить позором тех, кто пытается именем великого русского писателя и патриота прикрыть грязные, шпионские, человеконенавистнические дела, направленные против мира, прогресса, свободы. Имя Льва Толстого не может стоять рядом с именами фашистских подонков, американских гангстеров, линчевателей негров, убийц, душителей демократии, врагов свободолюбивых народов.»  С 1948 года Александру Толстую убрали из всех фотоснимков и кинохроник. В музее Ясная Поляна ее имя было вычеркнуто из истории музея, более 60 лет ее имя не упоминалось даже в примечаниях и мемуарах, экскурсиях и музейных выставках. Ситуация начала меняться лишь в 1978 году, когда она была официально приглашена в Россию на празднование 150-летия своего отца Льва Толстого. К этому моменту ей исполнилось 94 года, она была уже больна. Вплоть до ее смерти она находилась под постоянным наблюдением советских секретных служб. Александра Толстая была официально реабилитирована лишь в 1994 году Борисом Ельциным, 15 лет после ее смерти.

Но травля в советской прессе А.Л. Толстой в конце 1940-ых годов не смогла ни остановить работу Толстовского Фонда в Мюнхене, ни повлиять на позитивный имидж этой благотворительной организации. В период с февраля 1949 – 1951 годов Толстовский Фонд продолжает реализацию программы по переселению русских ДиПи, преимущественно в США. К этому периоду Толстовский Фонд становится самостоятельной организацией и завоевывает себе достойное имя в ряду с другими международными частными благотворительными организациями, оказывающих помощь перемещенным лицам в Европе.

Почему у русских перемещенных лиц было огромное желание скорейшего выезда из Германии? Прежде всего неустойчивость социального положения русских перемещенных лиц после принятия федерального закона в Западной Германии об «Иностранцах без подданства» в апреле 1951 года. При получении социальных прав, мало у кого была уверенность в будущем в Германии с высокой безработицей после войны, с недостатком жилья в разбомбленных немецких городах и селениях, из-за затянувшихся трудностей с продуктами. Но самым главным страхом для русских беженцев была атмосфера начинающейся новой Холодной войны. Страх быть насильно выданным советским репатриационным комиссиям сменился страхом быть выкраденным агентами НКВД. Это страх был реальным в русской эмиграции, подкрепленный примерами. Этот страх владел теми людьми, кто во имя спасения своих жизней сменил свои имена и фамилии, изменил свою национальность, используя эту стратегию выживания в опасных условиях.

Многим бывшим советским гражданам, очутившимся волей судьбы или по собственному желанию в американской зоне, пришлось придумывать свои биографии для спасительного выезда в США. Главным желанием было покинуть Германию как можно скорее также из-за страха нагнетаемой политической атмосферы начинающейся Холодной войны. Людям, прошедшим тяжелейшую Вторую мировую войну не хотелось вновь участвовать в новой войне.

Для христианских беженцев предлагались следующие страны: США, Австралия, Канада, Англия, Франция, Аргентина, Бразилия, Бельгия, Венесуэла, частичное согласие принять ИРО-беженцев выразили такие страны, как Парагвай, Чили, Перу, Швеция.

ИРО была разработана общая программа принятия ИРО-беженцев по рабочим квотам. Благодаря международной программе переселения ИРО-беженцев, в период с 1947 по 1951 годы смогло выехать из западных зон Германии около 700 тысяч человек.

Из всех вышеупомянутых стран самым большим спросом и популярностью среди русских православных беженцев пользовались США, Австралия и Канада. Это объяснялось прежде всего тем, что в этих странах уже существовали такие русские социальные инфраструктуры, как православные церкви и приходы, русские школы, русские печатные издательства и т.д.

Посредничество в профессиональной рабочей силе не создавало трудностей, все было организованно через национальные Генеральные консульства стран и работающих при них миграционно-трудовых комиссий. Число выезжающих было установлено квотами по въезду в страну на основе трудовой востребованности. Выезд оформлялся как договор, ограниченный по времени, было введено также условие въезда с семьями или без них. В таких случаях затраты на транспорт и переезд из Германии в ту или иную страну оплачивали те фирмы, которые нуждались в рабочей силе. Эти же фирмы брали на себя расходы по медицинской страховке и обеспечению жильем.

В этом случае работа Толстовского Фонда состояла в подготовке информации о стране, составлении списков желающих. В лагерях ДиПи вывешивались списки затребованных профессий с указанием страны: инженеры, механики, электрики, секретари со знанием языка. К 1950 году этот процесс был автоматизирован и хорошо налажен в Мюнхене.

С началом программы по переселению ИРО-беженцев работа Толстовского Фонда была облегчена уже и потому, что не нужно было высылать «челобитные» в генеральные консульства различных стран. Процесс формальностей был централизован уже в силу общих договоров ООН с разными странами по рабочей квоте. Это было важным базисом международных договоренностей о решении проблемы ИРО-беженцев после войны.

Однако, уже в последний год работы ИРО стало ясно, что проблема ИРО-беженцев, не будет решена окончательно до момента завершения деятельности ИРО к июню 1951 года в Германии и Австрии. Это стало основанием тому, что своевременно было создано особое Ведомство Высшего Комиссара по делам беженцев в Женеве, как преемственное учреждение после завершения работы ИРО. Его официальное открытие произошло 15 декабря 1950 года. Первым послевоенным Высшим Комиссаром по делам беженцев стал голландский дипломат Ж.Й. фан Хойфен  Гёдхарт (G. J. van Heuven Goedhart).

Период с 1951 – 1953 годов стал для Толстовского Фонда был продолжением работы по переселению ДиПи в другие страны. Это продолжалось с той же интенсивностью уже по той простой причине, что с июля 1951 года ответственность за ДиПи всех национальностей была передана от ИРО и ООН Германскому правительству. Многие лагеря расформировывались. Тот, кто не сумел по разным причинам выехать в другие страны, вынужден был искать себе жилье и устраиваться на работу в Германии самостоятельно.

Благодаря активному участию Т. А. Шауфусс на заседаниях Комиссариата по делам беженцев в Женеве, удалось добиться следующих юридических прав для русских ДиПи, остающихся в Германии:

  • Право на легитимный паспорт страны проживания.

После принятия Закона об иностранцах без подданства и их правах» от 25.4.1951 года каждый ДиПи, проживающий в западных зонах Германии, получил новый документ, идентифицирующий личность. Этот документ был выдан всем ДиПи взамен на паспорта ИРО.

  • Неограниченное право на пребывания в стране и право на передвижение внутри страны.

Для русских перемещенных лиц, получивших статус «иностранцы без подданства» в Германии право на свободное передвижение внутри страны было одним из важнейших. Это давало возможность поиска работы в других западных зонах Германии, кроме американской. Было принято также важное право возвращения ДиПи обратно в Германию из той страны, куда он выехал из Германии по рабочему договору. Это было чрезвычайно важно для тех, кто тяжело работал, например, на шахтах в Бельгии и по состоянию здоровья не мог более оставаться в Бельгии. Возвращаться таким русским перемещенным лицам было некуда и оставаться в Бельгии было более не разрешено по истечению срока рабочего договора. За права этой группы русских лиц встали на защиту А.Л. Толстая и Т.А. Шауфусс. Русским ДиПи разрешено было возвращаться в Германию.

  • Частно-социальные права русских перемещенных лиц в Германии

Русские перемещенные лица имели легитимное право на заключение брака и развод в Германии без согласования своих действий с министерствами по делам беженцев и независимо от срока пребывания в стране. Было признано право на адаптацию детей и право быть адаптированным. Это было чрезвычайно важно для русских детей и юношества, оставшимися сиротами и проживающими в детских домах в Германии.

  • Право на обучение, получение профессии и работу

Каждый русский ДиПи имел право на обучение в школе. Существующие с мая 1945 года русские начальные школы и гимназии при лагерях ДиПи продолжили свое существование в Мюнхене, например, в Доме милосердного самарянина, а также в поселке Людвигсфельд, в который переехало много русских ДиПи из лагеря Шляйсхайм в 1952 – 1953 годы, куда переехала и русская школа. Все школьные свидетельства этих русских школ были признаны Министерством образования Баварии. Однако в целях лучшей социальной интеграции русским детям было предложено после окончания начальной русской школы учеба в немецких реальных школах и гимназиях.

Для тех же русских ДиПи, кто уже имел профессиональное образование и русские дипломы, ситуация была сложной, т.к. их профессиональная квалификация не была признана. В силу этого многие русские ДиПи были вынуждены браться за работу, ниже их профессиональной квалификации, часто была возможна без рабочего договора, лишь временная работа. Большим исключением является пример проф. Федора Степуна, сумевшего получить место профессора на кафедре истории русского языка в университете им. Людвига-Максимилиана с 1949 года по 1965 годы.

  • Права на социальную и медицинскую страховку для русских ДиПи были приравнены к немецким.

После расформирования всех лагерей ДиПи на территории западных зон Германии и Австрии с 1951 по 1954 годы для мюнхенского филиала Толстовского Фонда наступила новая фаза деятельности, а именно процесс укрепления правового статуса для русских ДиПи, оставшихся по разным причинам в этих странах и не сумевших выехать по программе переселения ИРО в другие страны.

Период с 1954 года был отмечен для Толстовского Фонда новым переездом по адресу Баерштрассе 13 (Bayerstr. 13), в городском районе Мюнхен-Людвигштадт. В этот период начинает меняться профиль работы Толстовского Фонда в Мюнхене в силу того, что программа по переселению ИРО-беженцев со стороны ООН была завершена, дальнейшие субсидии на ее продолжение не были предусмотрены ООН для частных благотворительных организаций. Это означало, что дальнейший выезд в другие страны для русских перемещенных лиц производился лишь частным путем через друзей и знакомых. Вся деятельность Толстовского Фонда в Мюнхене сосредотачивается на помощи прежде всего тем русским, которые оказались социально незащищенными в Западной Германии и Австрии. Это были прежде всего престарелые русские, которые по возрасту или болезни не смогли выехать со своими детьми в США или другие страны. Их одиночество и судьбы были печальны. Они не могли найти ни работу, ни жилье. Добиться получения минимальных социальных пособий для этой группы лиц было долгим и трудным процессом.

Именно по устройству этой социально незащищенной группы престарелых лиц была проделана обширная организационная работа сотрудниками Толстовского Фонда. Судя по просмотренным архивным материалам Толстовского Фонда в архиве Толстовской библиотеки в Мюнхене, со стороны Толстовского Фонда оказывалась скромная денежная поддержка этой группе лиц, а также помощь для невладеющих немецким языком при подаче заявлений в немецкие и австрийские социальные министерства для получения социальных пособий на проживание в поддержку русских людей.

Создание русских домов престарелых Толстовским Фондом стало важным событием в Русском Зарубежье в Западной Германии. Толстовский Фонд взял на себя опеку своих престарелых соотечественников и начал строительство домов для престарелых в нескольких городах. В течение 1950-ых годов Толстовским Фондом было выстроено также несколько домов престарелых в Западной Германии: в Гессене, Нассау, Дармштадте.

Осилить такие строительные проекты в одиночку для Толстовского Фонда было немыслимо. На помощь пришла Евангелистская организация «Хильфсверк-Зидлунг» (Hilsfwerk-Siedlung GmbH). Она была создана как социально-строительная организация при Евангелистском Синоде 13 июня 1952 года с целью возведения жилищных поселков в разрушенном после войны  Западном Берлине и Западной Германии для обеспечения жильем неимущих людей. В 1964 году был выстроен также дом престарелых в Западном Берлине, в зеленом городском районе Целендорф.

С 1956 года Толстовский Фонд в Мюнхене, являясь филиалом американской частной организации, был реорганизован в благотворительное Общество по юридической форме, соответствующей немецкому законодательству и с этого момента Толстовский Фонд становится самостоятельной организацией.

Таким образом, Толстовский Фонд в Мюнхене, начав свою деятельность с несмелых шагов осенью 1947 года, превратился в сильную благотворительную частную организацию в Мюнхене к 1951 году, времени передачи ответственности за перемещенных лиц от ИРО к Германскому правительству. Филиал в Мюнхене стал первым отделением в Европе, который постепенно превратился в Главную Штаб-квартиру Европейского отдела Толстовского Фонда.

Толстовский Фонд защищал интересы не только русских перемещенных лиц, но также представителей других наций и народностей и конфессий, которые были выходцами из многонациональной России. Забота о перемещенных лицах не ограничивалась помощью в Германии. Толстовский Фонд предоставил также возможность проживания, трудоустройства и юридической защиты тысячам беженцам из СССР в США. Прибывающие из Германии русские ДиПи часто получали первый кров на Толстовской ферме вблизи Нью Йорка.

Модели финансирования проектов Толстовского Фонда базировались на международных гуманитарных субсидиях по различным программам с участием капитала пожертвований частных лиц или обществ в США. Так, например, программа опеки русских перемещенных лиц после Второй мировой войны проходила в рамках всеобщей финансовой поддержки ООН, которую несла ИРО с 1 июля 1947 года по осень 1951 года.

Своей подвижнической гуманитарной деятельностью Татьяна Алексеевна Шауфусс и Александра Львовна Толстая завоевали себе имя и признание не только среди международных благотворительных, действующих в западных зонах Германии и Австрии организаций, но и получили активную поддержку у Американской военной администрации в американской зоне, в том числе и в Баварии. Но самым большим признанием была благодарность своих соотечественников, которым была спасена жизнь и оказана правовая защита от насильственных репатриаций в СССР Толстовским Фондом и которые смогли переселиться в другие страны для начала новой жизни с наличием всех социальных прав.

Резюмируя опыт европейской работы Толстовского Фонда, А.Л. Толстая писала: «Самое ценное в работе Толстовского Фонда является не только то, что он материально помог русским эмигрантам в трудный час и дал возможность выехать в свободные страны, а прежде всего то, что Фонд сумел объяснить американским учреждениям и всему миру, почему русские люди покинули свою родину, Советский Союз.»

Отрывки из статьи «Роль Толстовского Фонда в оказании гуманитарной помощирусским «перемещенным лицам» в послевоенном Мюнхене, 1947 – 1956», опубликованной в Бюллетени Толстовсого фонда № 180-181 за март-июнь 2019 года.

Автор статьи Елена Кулен

Полная версия на https://newreviewinc.com/elena-kulen/

04 октября 2019 г.

Роль Толстовского Фонда в оказании гуманитарной помощи русским «перемещенным лицам»

Толстовский фонд, основанный Александрой Львовной Толстой, младшей дочерью Льва Толстого в 1939 году в Нью-Йорке, начал свою обширную деятельность по оказанию помощи русским «перемещенным лицам» в Мюнхене лишь с осени 1947 года. До этого момента не имелось ни одной частной благотворительной организаци, кроме УННРРА (UNRRA, United Nation Relief and Rehabilitation) и ИРО (International Refugee Organization), которые бы целенаправленно заботились о русских ДиПи.

Три Спаса в августе: Медовый, Яблочный, Ореховый — история, традиции, приметы

В последний месяц лета, православные верующие отмечают три крупных праздника, три Спаса — Медовый, Яблочный и Хлебный (Ореховый).

«Сохранить» миг одним щелчком затвора фотоаппарата

Выставка фотографий выдающегося авангардиста Александра Родченко открылась 17 июня в загребском Музее искусств и ремесел. Так сложилось, что фотография стала отраслью искусства с неизвестными героями. Стоит спросить у любого человека о любимом художнике, поэте или писателе, и он назовет несколько известных фамилий. А если попросить назвать любимого фотографа, то мало кто сможет это сделать. Но есть в российской фотографии гений, которого знает практически каждый. Вернее, будет трудно найти того, кто ни разу не видел его работы. Этот человек – Александр Родченко.

Zanimljiva predavanja iz povijesti Rusije

Zahvaljujući entuzijazmu Marije Hairove svi zainteresirani u Zagrebu mogu dobiti uvid u povijest Rusije. Na vrlo živ i zanimljiv način Ruskinja, inače povjesničarka koja je završila Moskovsko sveučilište, a danas vodi svoj posao u Hrvatskoj, priča o nastanku Rusije kao države, njezinom razvoju kroz stoljeća.

10 апреля - день освобождения Одессы

10 апреля Одесса празднует 75 годовщину освобождения города от нацистских захватчиков во время Великой отечественной войны.

«Romanovi – carsko služenje»

Srpsko privredno društvo Privrednik u suradnji sa Sretenjskim manastirom iz Moskve organizirali su izložbu fotografija «U susret ruskom caru, Romanovi – carsko služenje» posvećenu posljednjem ruskom caru Nikolaju II Romanovu (1868–1918) i njegovoj obitelji koji su ubijeni nakon Oktobarske revolucije.

Хорват Ватрослав Ягич и славянская филологическая школа

Игнатий Викентьевич Ягич (хорв. Vatroslav Jagić) один из наиболее авторитетных представителей историко-филологической школы славяноведения в Одесском национальном университете .

75 лет со дня снятия блокады Ленинграда

В 1949 году в наш четвертый класс должна была прийти новая учительница начальных классов из … Ленинграда. Она со своими маленькими детьми была эвакуирована оттуда уже в самом начале блокады.

"Господь — наш садовник, а наши сердца — цветы в Его саду"

19 декабря общество русской культуры "РОДНИК" (RKD IZVOR-SPLIT) организовало праздничную встречу по поводу Дня святителя Николая Чудотворца и предстоящих Рождественских праздников.Подготовленная нашими активистами программа была насыщенной и интересной. Небольшая вступительная речь, касающаяся Рождества и Дня святого Николая, напомнила нам об этих знаменательных датах, также прозвучали стихи представителей поэзии Серебряного века.

Izložba i koncert posvećeni ruskim emigrantima i skladateljima

U organizaciji Hrvatsko-ruskog društva prijateljstva Požeško-slavonske županije u predvorju Glazbene škole Požega 10.prosinca otvorena je izložba “Ruski emigranti u kontekstu razvoja hrvatske znanosti i kulture”.

O povijesnim i kulturnim vezama glavnoga grada Hrvatske i Rusije te Rusima u Zagrebu

Prvi zamjetniji dolazak Rusa u glavni grad Hrvatske vezan je uz Prvi svjetski rat kada su 1915. godine ruski vojnici dovedeni kao zarobljenici. Znatan broj Rusa u Zagreb potom stiže i početkom 1920-ih, što je bila posljedica revolucija, a upravo će u tom međuratnom razdoblju u Zagrebu i Hrvatskoj biti zabilježen najveći ikad broj Rusa: 1931. ih je gotovo 10 000. Prema posljednjemu popisu stanovništva u Hrvatskoj živi 906 Rusa i Ruskinja, kojih je najviše u Zagrebu i okolici gdje ih je 305.

100. godina od dolaska prvih ruskih emigranata 1918 – 2018

Godine je 1918. dva milijuna izbjeglica iz carske Rusije zapljuskuju svijet. Jedan dio stanovništva odlazi prema zapadu (u Poljsku, Njemačku i Finsku), drugi odlaze prema Kini, a treći prema Crnom moru. Najveći broj ruskih izbjeglica prihvatila je Kraljevina Srba, Hrvata i Slovenaca. Većina izbjeglica stizala je morskim putem, preko Boke kotorske, Dubrovnika, Splita i Bakra, a raseljeni su po cijelom teritoriju države. Većina ruskih došljaka bila je obrazovana, prema domaćinima prava društvena elita: aristokrati, znanstvenici, inženjeri, arhitekti, slikari, pisci, glazbenici, časnici…

Колонка редактора
Катарина Тодорцева Хлача

Для тех, кто интересуется политикой национальных меньшинств в Хорватии

Недавно рассказали историю, которая с одной стороны рассмешила, а с другой, вынудила опять вернуться к теме политики национальных меньшинств в Хорватии.

Литературная гостиная
Katarina Todorcev Hlača

Sve o muškarcima

Kazalište „Gavran“ je premjerno izvelo novu predstavu svog osnivača i jedinog autora-dramaturga Mire Gavrana „Sve o muškarcima“.

Книжная полка
Enerika Bijać

Predstavljanje panorame suvremenog slavenskog pjesništva

U okviru manifestacije „Međunarodni mostovi književnosti i umjetnosti“ u knjižnici Bogdan Ogrizović 25. rujna predstavljena je knjiga Kruh naš nasušni - panorama suvremenog slavenskog pjesništva u izdanju Slavenske akademije umjetnosti i književnosti sa sjedištem u Bugarskoj. Akademija već 13 godina okuplja književnike i promiče, kulturu svih slavenskih zemalja na međunarodnom festivalu poezije „Slavenski zagrljaj“, a knjiga je jedna u nizu edicije.

Анонс событий

XIII. Međunarodni festival Sanktpeterburške kazališne sezone

Od 12. do 17. rujna 2019. godine u Zagrebu će se održati XIII. Međunarodni festival Sanktpeterburške kazališne sezone. Publici će biti predstavljene četiri predstave vodećih kazališnih redatelja iz Sankt-Peterburga, Sjeverne prijestolnice Ruske federacije te izložba mladog ruskog umjetnika, fotografa, Pavla Frančišina.

Юридическая консультация

В 2019 году Российская Федерация упростила оформление пенсий для россиян проживающим за рубежом

До мая этого года заявление о выезде за пределы России и назначении пенсии подавалось в отделение Пенсионного фонда России по месту жительства человека. Сейчас это можно сделать в любом отделении фонда вне зависимости от адреса регистрации человека. Также постановление закладывает принцип экстерриториальности для подтверждения факта нахождения человека в живых.

 
Фонд Русский мир